-
В течение недели выполнял задания 3.5 и 3.6 из руководства по распожаризации, направленные на выявление скрытых фактически выполняемых работ в течение дня, “отъедающих” время, и уменьшение числа выполняемых работ за счёт отказа/делегирования/откладывания/ликвидации/ускорения завершения. Цель ясна - достичь состояния, когда моя фактическая рабочая мощность (7 часов фокуса в день) расходуется только на приоритетные проекты, из которых не менее половины - инвестиционное время. В принципе, эта пара приоритетных проектов у меня есть и мне отлично известна: это освоение руководств по программе рабочего развития и проект экосистемы, которые идут рука об руку. В течение недели вести по ним наблюдение и закрыть неделю публикацией заготовок по ним 25 января.
-
Одновременно у меня в трекере записаны и “зудят” благодаря эффекту Зейгарник менее приоритетные задачи по прошлым проектам, которые ну очень хотелось бы закрыть один раз и навсегда, правда, ценой отказа от вложения времени в пару приоритетных проектов. Это, повторим ещё раз:
- составление культурной карты;
- разбор заметок по английскому;
- завершение повторного освоения руководства по практикам саморазвития и ликвидация черновиков по ним в переводом в заготовки;
- ликвидация черновиков по мыслительному мастерствуа переводом их в заготовки;
- ликвидация черновиков по праксиологическому мастерству переводом их в заготовки, перевод заготовок по нему же из личной базы знаний в публикации (разделил эту задачу на две, теперь в трекере их 11):
Интересное наблюдение: задачи, которые не предполагают разового “закрытия”, поскольку выполняются в течение года и являются более сложными (стратсессия, рабочее развитие, курсы Усанова, программа с Потапенко, работы по экосистеме) не вызывают такого желания от них избавиться, так как это сделать нельзя в принципе в силу их регулярности. Вывод: надо иметь задачи важные, регулярные и запланированные, и не иметь менее важных и более простых разовых, так как они начинают конкурировать в мозгу. Но с этой точки зрения как раз один раз расчистить вторые и имело бы смысл. Интересная дихотомия, ставящая задачу выбора приоритета, мда.
- Синтаксис языка определяет правила, по которым знаки в языке могут сочетаться друг с другом в корректных выражениях. Семантика языка определяет, как знаки и их сочетания будут приобретать значение, то есть, будучи обозначающими, отсылать к обозначаемым объектам и ситуациям. Прагматика языка описывает, как знаки и их сочетания будут применяться в реальных коммуникативных ситуациях, обретать практический смысл.
Задать синтаксис языка — описать правила, по которым знаки могут сочетаться друг с другом в корректных выражениях (высказываниях, фразах).
Определить семантику языка — определить, как знаки и их сочетания будут приобретать значение – отсылать к обозначаемым объектам и ситуациям.
Описать прагматику языка — описать, как знаки и их сочетания будут применяться в реальных коммуникативных ситуациях, обретать практический смысл.
-
Модель на естественном языке - это текст. Письменный и устный текст являются моделями (мира или какой-то его части), так как они позволяют нам что-то понимать про мир, что-то в нём планировать и коммуницировать про мир с другими людьми, координируя и согласовывая с ними свои действия в нём и по его изменению, особенно если речь идёт о коллективной деятельности по его изменению.
-
Слова в тексте на естественном языке являются элементами моделирования, так как позволяют работать как с индивидуальными объектами, так и с их категориями, указывая на те и другие. Произнося слово в контексте ситуации, мы указываем либо на индивидуальный объект (вещь с уникальным идентификатором), либо на её категорию, и делаем это не просто так в коммуникации, а преследуя цель, чтобы наш собеседник понимал под словами ровно те объекты, которые понимаем мы. Иначе мы не будем понимать друг друга со всеми вытекающими отсюда последствиями.
-
Коммуникация - это передача своей модели мира собеседнику с использованием знаков. Чтобы использовать знаки эффективно для коммуникации, нужно знать модель референции - какой знак/слово к какому объекту или идее/концепту отсылает. Причём модель как свою, так и собеседника. Потому что сначала мы выбираем слова из нашего словарного запаса, чтобы обозначить некие объекты или идеи, а потом передаём слова/знаки текстом/словом собеседнику, чтобы в его голове они преобразовались в объекты, желательно ровно те же, что и у нас. Если это удалось, коммуникация успешна. Следовательно, начинать эффективную коммуникацию (особенно если шанс на неё один) нужно с выяснения модели референции собеседника, и это можно сделать, попытавшись понять его роль в контексте по словам и действиям, которые он говорит/делает. Кроме роли, есть ещё общий уровень грамотности и использования моделей референции вне ролей. То есть надо убедиться, что мы понимаем, какая модель мира в голове у собеседника. В частности, я могу из роли ведущего, понимая модель мира в голове у обывателя, использовать те слова, которые указывают в его голове на нужные объекты или идеи. Важно: модель референции - это то, каким способом образ, который вы ХОТИТЕ сформировать в голове у собеседника, РЕАЛЬНО формируется в его голове. Ибо хотим мы одного и действуем для этого, а результатом наших действий может быть совсем иная картина, не формируемая, формируемая не так, с ошибкой, неверно, и хуже всего то, что мы этого не видим в моменте и не можем проверить, а вылезет это несоответствие потом.
-
Коридор коммуникативных стратегий вовсе не узкий, наборот - потенциальное количество возможных описаний для одного куска физической реальности бесконечно (просто их не пробуют все, а удовлетворяются зачастую одной-двумя), а для одного и того же языкового выражения существует столь же бесконечное множество трактовок, в зависимости от контекста.
-
Группа людей, говорящих на одном диалекте языка (или даже на одном узком жаргоне), называется “семантическим сообществом”.
-
Жизненно необходимое условие удачной коммуникации - это когда вам удаётся правильно подобрать диалект/узкий язык внутри естественного/широкого языка и на нём передать собеседнику необходимые идеи и концепты. И наилучший способ выяснить этот язык - не выдвигать гипотезу, что он понимает наш, а послушать/понаблюдать за его языком, что и как он говорит, какие слова/знаки для обозначения каких понятий/объектов/идей использует. То есть выучить его язык вместо того, чтобы заставлять понимать свой.
-
Условие удачной/успешной коммуникации - правильный подбор языка, слова/знаки которого передают собеседнику нашу модель мира (выравнивают их), наши идеи и концепты. Важно, чтобы объекты, воплощающие эти идеи, также были одинаково поняты вами и адресатом коммуникации. То есть мы не просто высказали мысль (бытовое понимание коммуникации), а добились того/сделали так, чтобы на другом конце её поняли. Результатом коммуникации является её фактический результат, понимание нашей мысли собеседником, а не высказывание нами мысли и на этом всё. То есть изменение картины мира собеседника нашим высказыванием. Это наша работа как коммуникатора, которая исходит из реального положения дел, в котором одни и те же понятия у нас и собеседника (так как мы же с ним живём и действуем в одном и том же мире, среди одних и тех же объектов, если принять как допущение, что они существуют) могут выражаться разными словами/знаками. И тут будут разные роли. Коммуникатор не будет пытаться изменить значения слов в голове у собеседника, а будет пытаться понять его модель референции, так как ему с ним надо произвести какой-то результат, изменение мира. Просветитель будет, отталкиваясь от картины мира собеседника, видя её ошибочность, стараться её исправить, изменить его модель референции. У коммуникатора же задача менять модель референции собеседника не стоит, он использует текущую и пусть даже ошибочную, для совершения действий. Это разные роли, продавца и просветителя. Они не исключают друг друга, роль просветителя важнее в долгосроке для того, чтобы общество не разрушилось.
-
Модель референции собеседника будет формироваться на основе сочетания принципов композициональности (понимать слова буквально, а смысл фразы как сумму смыслов слов) и контекстуальности (понимать смысл слов исключительно в контексте).
-
Наилучшим образом коммуникация работает внутри семантического сообщества на языке этого сообщества (к чему они партиципируются). Поэтому надо выяснить., к какому семантическому сообществу (предметная область, онтика) принадлежит собеседник и использовать слова его языка, потому что он на нём думает и его модель референции основана на этом языке. Но объекты мира у него и у нас одни и те же.
-
Здесь та же разница, что и между верификацией (мы сказали то, что хотели сказать), и валидацией (мы сказали не только то, что хотели сказать, но и то, что было понято адресатом так же, как понимаем мы). Проблема не только в выяснении ролевых интересов сторон, но и в языке, на котором эти интересы формулируются. Это двойная сложность. А потом это надо перевести ещё и на системный язык, которым владеем мы, системные мыслители.
-
“Бытовой” подход к коммуникации исходит из статичного треугольника Фреге, то есть однозначного и зафиксированного соответствия знаков/слов, объектов/предметов и идей/концептов. Но это и аристотелианский подход - “мыслить каждый раз что-то одно”. Я пока не понимаю, как этот подход, который является совершенно разумным, примирить с прагматизмом. Ведь логично же, что по аристотелианскому подходу, никакая деятельность в мире в коллективе с разделением труда не будет возможна, если не составить глоссарий. И это мы не говорим даже про внешние роли!
-
Прагматика языка, в отличие от семантики, изучает, что нужно учесть в высказывании для того, чтобы сказанное было не просто понято адресатом, но и привело к тем действиям, на которые отправитель сообщения хочет его побудить. И как именно понятное всем содержание высказывания приводить к каким-то одним или к каким-то совсем другим последствиям.
-
В социально-философских и гуманитарных текстах такие тексты гораздо хуже обеспечивают успешную коммуникацию, ибо стороны коммуникации делают из одних и тех же моделей (текстов) противоположные или несовместимые выводы об объекте моделирования.
-
Перестал слушать Ютуб, и высвободилось время. Одновременно стала задача разнообразить практики досуга (Ютуб не был досугом, а был маскировкой работы под досугом), поэтому решил поэкспериментировать с чтением художественной литературы в течение дня между “помидорками”. В результате прочитал “Мастера и Маргариту” Булгакова между делом, действительно отдых на фоне освоения руководств. Вот и решение по разгрузке папки Fiction в контексте составления “культурной карты”.
-
Понятию “высокая концептуальная плотность” соответствует более точный язык, где одному термину/слову/знаку соответствует близкий набор понятий. Когда же мы сталкиваемся с разреженным концептуальным пространством, нам необходимо больше времени посвящать точному выделению объектов, пониманию стоящих за ними идей, подбору знаков с точной референцией. Наши объяснения становятся более многословными, возникает необходимость в более точных языках. Пространство наук о человеке - концептуально разряжённое. Там знак/слово отсылает к множеству объектов и идей. И точная коммуникация затруднена даже между специалистами в предметной области, не говоря уже про обывателей. В этих науках надо до коммуникации вводить глоссарий и определять значения слов. Государство же занимается искажением значений слов и подменой их значений, разрушая коммуникацию и затрудняя понимание реальности.
-
Нельзя сформировать онтологию/употреблять знаки и модель рефенции из позиции наблюдателя, совершенно не вовлечённого ни во что описываемое. Выделение объектов уже предполагает чей-то взгляд на предметную область, чей-то способ их выделять для какого-то использования, чьё-то представление о методах работы и предназначение этих объектов в рамках этих методов. Всегда есть роль смотрящего и выделяющего объекты из фона, его “линза” - viewpoint. Онтолог же это понимает и стремится к тому, чтобы отразить в модели все нужные взгляды всех потенциальных ролей, то есть сделать так, чтобы все пользователи видели в созданной им модели нужные им объекты примерно такими, к каким они привыкли.
-
Онтологии, пригодные для разных ролей и их методов, называются нейтральными. Нейтральность позволяет достичь совместимости моделей для разных ролей, как на уровне самих объектов, так и их названий. Для предметных областей, где концептуальное пространство более плотно, легче строить нейтральные онтологии и проще их использовать.
-
Получая онтологическую модель для предметной области, где концептуальное пространство разрежено, мы тратим непропорционально большое время на референцию - понимание того, какие объекты и идеи стоят за составляющими модель знаками (словами текста). Здесь культура, как сказал бы Пелипенко. играет с нами в игру: мы изобретаем всё новые слова, чтобы они точнее передавали смысл (уплотняем пространство коммуникации), но они всё равно обретают много смыслов, становятся разрежёнными, и увеличивается количество слов/знаков, образуются семантические общества, которые перестают понимать друг друга. В итоге слов больше, слов разреженных больше, раздробленность больше, коммуникация хуже, знаки множатся и множатся, запутывая людей и переставая служить точной коммуникации вообще. До появления письменности даже такого понятия, как коммуникация, не было - люди были связаны с собой единой связью, партисипируюясь к целому. Распад синкрезиса - распад целого на множество частей, каждая из которых всё хуже коммуницирует друг с другом.
-
Онтологическое моделирование относительно успешно в естественно-научных или инженерных (и даже не менеджерских!) предметных областях, где концепты определяются формально и где найти физическое воплощение объектов не составляет большой проблемы. Чёткая модель референции: знак - объект- идея. В области гуманитарных наук и философии интерпретация текстов затруднена, качество текстовых моделей низкое, из одного текста разные люди в силу разных моделей референции могут понять совершенно разное, в отличие от двух инженеров, смотрящих на одну и ту же модель на формальном языке.
-
Чтобы хоть как-то обеспечить нейтральность онтологии (правильное понимание её модели мира максимальным количеством причастных ролей), необходим деятельностный подход к её построению. Необходимо анализировать тексты разных типов, разговаривать с разными заинтересованными лицами, представителями всех ролей в этой предметной области). Достижение максимально возможной нейтральной онтологии - задача профессионального онтолога.
-
Отдельные нейросети, несмотря на распределённое/коннекционистское представление знаний в них, между собой общаться могут только с помощью знаковых систем (через символы, слова, жесты, речь, картинки, письменность). Это обеспечило формирование пространства культуры для биологического вида человека, выделившегося из природного пространства, и появления смысла, передаваемого знаком, причём количество этих смыслов растёт (смыслогенетическая теория культуры А. Пелипенко). Работать совместно “мокрые” (людские) и “сухие” (ИИ) нейросетки могут только через знаковые представления и онтологические модели, составленные с помощью знаков. После появления письменности технический прогресс (который Пелипенко назвал бы регрессом) был обеспечен развитием экзокортекса (книги, аудиозапись, видеозапись, компьютеры). Прямого способа у одной нейросетки/коннекционистской модели работать с другой такой же коннекционистской моделью нет. Вовне головые все представления и коммуникации между агентами остаются знаковыми, поэтому мы должны изучать знаковые системы и коммуникацию с их помощью, чтобы научить наши коннекционистские по природе вычислители рационально взаимодействовать с другими коннекционистскими вычислителями (нейросетками людей или ИИ) посредством коммуникации моделей, составленных из знаков, и желательно в экзокортексе (потому что модель мира в знаках в голове не передать другому, она должна быть отчуждаемой, а для этого выгруженной в знаках на внешний носитель; так же нужно убедиться в том, что модель референции собеседника содержит ту же связь между знаком, объектом и идеей, что и у нас, и пространство коммуникаций плотное).
-
“Стол” как понятие возник (был выделен из фона) для указания на обобщённую категорию предметов, когда нет необходимости или возможности идентифицировать конкретный стол. Так рождается понятие (как идея/концепт), которое обозначается знаком/словом и ему соответствует в мире объект (индивидуальный или категория, которая тоже представлена множеством индивидуальных объектов). В любом проекте по изменению мира есть множество индивидуальных объектов физических. Они все имеют уникальные идентификаторы и названия, но связаны с какими-то понятиями (идеями). Понятия системного подхода - это набор идей/концептов, которые мы осознаём в ходе изучения системного мышления, и которым в реальном мире соответствуют знаки и объекты. Понятий меньше всего, и их связь изучаема. Знаков/слов, а также объектов, гораздо больше, но все они сводимы к тем или иным категориям и понятиям. Имея в голове этот набор понятий/концептов/идей (“сетку”, “трафарет”) и зная, что они есть абсолютно в любой предметной области человеческой деятельности, мы, зная их, можем приглядеться к предметной области, даже не зная её, и увидеть в ней объекты, которые соответствуют этим понятиям. И тем самым мы знаем, на что важное смотреть, а что неважно.
-
Плотность концептуального пространства для “стола” выше, чем плотность концептуального пространства для “справедливости”. Соответствующий знак/слово в случае “стола” вызовет чёткое представление об объекте и идее, в случае же “справедливости” и объект в реальности, и концепт/идея будут совершенно разными, сработают модели референции.
-
Математика и физика оперируют объектами ментального пространства, а их приземление в реальный мир происходит в рамках онтологии, логики, исследований/познания.
-
Многозадачность (много задач одновременно в процессе) так же плоха, как и многопроектность. Наличие многозадачности означает, что агент хаотично открывает/удерживает внимание/расфокусирует его на новые задачи, пытаясь оптимизировать “вход” - входящий поток работ, и практически не уделяя внимание “выходу” (выпуску результатов работы). В итоге копится список задач в колонке “в процессе”/work in progress/WIP (на них удерживается внимание), берутся новые задачи, старые теряются, потом срочно делаются в режиме героя перед дедлайном. Многозадачность означает хаос, потеря фокуса означает хаос в деятельности агента, личности или команды. Устранение же хаоса и переход к последовательному выполнению работ и проектов позволяет концентрировать усилия и прочие ресурсы на наиболее важном в каждый момент времени. Убирая многозадачность и многопроектность, получаем: ускорение в выполнении работ, увеличение производительности труда без затрат (работаем меньше, но над важным), уменьшение числа переключений (снимается лишняя когнитивная нагрузка). По состоянию на 2026-01-23T22:00:00Z у меня в трекере удерживается внимание на 11 задачах по 5 проектам:
-
Главное при фокусировке - чтобы рабочий продукт был выполнен без переключений; переключения в процессе выполнения задачи означают потери. У меня есть эта проблема при фокусировке. Нужно создавать один рабочий продукт в один присест - и присест этот определить для себя индивидуально по продолжительности (25 мин, 45 мин, 60 мин). Сейчас у меня нет правила “один слот - один рабочий продукт”. Или я неправильно определяю длительность слотов, или неправильно определяю рабочие продукты. Календарь поможет распределить внимание на нужные роли и проекты вообще с учётом моей работоспособности, а планирование внутри слотов по формуле “одна задача - один рабочий продукт - в один присест” позволит быстрее получить результат.
-
Чтобы получить ускорение, делая меньше, нужно также разобраться с отвлечениями, которые бывают внешние и внутренние. Со внешними всё понятно, тут помогает создание окружения на рабочем месте и режим фокуса с ритуалом входа в роль трекером. Внутренние же отвлечения (мне они отлично знакомы) часто происходят от усталости (во второй половине дня) или недостатка когнитивных ресурсов для выполнения сложной работы: нужно больше усилий, чем тело и мозг способны приложить в текущем состоянии, и я начинаю отвлекаться. Если это такой тип внешнего отвлечения, то он свидетельствует о недостатке отдыха - и нужно пойти хорошо отдохнуть, чем бесконечно “тупить” над задачей.
-
Экзокортекс выполняет желания деятеля, усиливает его привычки. Если нужно поставить новые качественные привычки, экзокортекс точно так же поддержит их, как поддерживал ранее вредное поведение (поэтому соцсети, емайл и мессенджеры входят в экзокортекс). Сама концепция “экзокортекса” имеет позитивную коннотацию и указывает на использование технологий для усиления мышления, а не его ослабления.
-
Внимание даёт скорость в работе, а моделирование и установление причинно-следственной цепочки - точность, рациональный выбор того, над чем работать. Совместная работа двух видов мышления, “быстрого” и “медленного” по Каннеману, внимания и прочих механизмом обеспечивают одновременно высокую скорость и точность выполнения работ.
-
Внимание не существует само по себе - оно принадлежит агенту (отдельно взятой личности, команде, коллективу, сообществу, и должно обеспечивать скорость работы именно этого агента. Внимание всегда направляется субъективно, точка зрения/рассмотрение или способ описания/“линза”/viewpoint, который будет выбран в конкретной ситуации, зависит от агента, его роли в контексте.
-
У внимания есть свойства: устойчивость или бесперебойность, концентрация или деконцентрация, распределение внимания, переключаемость, объём, отвлекаемость, рассеянность.
-
Я знаю, что постоянно фокусируюсь на одних и тех же вещах, повторяю их про себя, чуть ли не заучивая наизусть. Возможно, мне нужна деконцентрация, чтобы видеть всю картину целиком. Задавать себе вопросы: на чём мне надо перестать фокусироваться? Чего я не вижу? Как можно отдалить камеры внимания так, чтобы охватить ими всю картинку/фон целиком?
-
Что такое “распределение внимания”? Это способность агента выполнять разные работы по разным методам одновременно. У человека это не получается с методами при интеллектуальных видах деятельности.
-
Фраза “осознанная работа” толкуется как “работа, выполняемая с высокой степенью активности внимания”. Осознанность = внимание. Функции, которые ранее приписывались сознанию (контроль за работой и интеграция разных представлений и моделей воедино), как оказалось, может выполнять внимание. То, что я называю осознанной работой, означает, что внимание должно быть наведено не только на работу/рабочий продукт, но и на все остальные альфы проекта (метод, целевую систему, роль, предметы интереса, описания и методы описания), то есть на всё то, о чём я раньше не имел представлений, соответственно, не имел понятий в голове и не мог навести и удерживать внимание на объектах, им соответствующих.
-
Контролировать типы - это контролировать “на лету” соотношение индивидуальных объектов их категориям, даже когда категории не называются, и мгновенно вычислять ситуации по словам, когда путаются категории или смешиваются категории, где это недопустимо, или в одном ряду индивидуальных объектов упоминаются ошибочно объекты из другой категории. То есть за каждым называемым индивидуальным объектом видеть категорию, отслеживать взаимосвязь не только объектов, но и стоящих за ними категорий, которые не называются при быстром мышлении. А индивидуальные объекты и категории, как мы помним, агент выделяет из фона в силу роли, своего viewpoint. Объекты и категории, которые выделяет из одного и того же фона агент в одной роли, не будет выделять из того же фона агент в другой роли.
-
Важность показывают реальные первичные данные, а не нормативные описания и не наши хотелки. То есть если у меня в трекере учитываются работы по проекту А и Б, а в голове я думаю про то, что С и Д “важнее”, но работ по ним нет, а только предполагается в будущем, это значит, что важными для меня являются проекты А и Б. Вот как выглядит важность задач по моим проектам по данным первичного учёта за январь:
-
Понимание важного в проекте должно быть общим/shared, иначе все будут выбирать так, как им будет удобно на своём уровне и исходя из своих личных целей.
-
Что если ресурсов времени у меня станет в 10 раз меньше, какие проекты я всё-таки запущу и/или доведу до конца, а какие отложу? Из личных точно доведу саморазвитие, продолжу мыслительное, праксиологическое отложу. Из рабочих продолжу Потапенко.
-
“Быстрое” мышление сработает автоматически и выделит/посчитает более важными объекты, которые часто встречаются, привычны и знакомы, легко выделяются агентом, ассоциируются с объектами, которые мы видели до этого, соответствуют фону, связаны с нами, имеют приоритет с точки зрения биологии (угроза, сексуальные стимулы). По этим признакам можно отлавливать включение быстрого мышления и осознанно переключать на медленное. Мы выделяем как важное то, что привыкли выделять.
-
Для фокусировки внимания нужно задавать себе вопросы: выделены ли все важные для понимания ситуации объекты? понятны ли варианты действий/операций с ними? было ли что-то упущено?
-
Мантры организационного развития - добавил в черновик по стратегированию. Мантра элегантности в работе/lean направлена на то, чтобы:
- прекратить делать ненужное. Для этого надо определить, что важно, и отказаться делать неважное. Гипотеза тут в том, что часть работ, которые мы делаем, просто не нужны, они никак не меняют мир, но время гарантированно забирают от важного, поэтому их можно безболезненно перестать делать, чтобы высвободить время для действительно важного;
- отслеживать все проекты и задачи в экзокортексе, сохранять там же описания/модели и результаты мышления письмом. Это управление конфигурацией работ, знание их очереди и приоритета; это сохранение в экзокортексе качественных описаний и моделей, которые можно передавать другим и самому к ним возвращаться;
- уменьшить время ожидания (выполнения работ). Львиную долю времени начатые, но не законченные задачи/проекты не выполняются (touch time), а ждут выполнения (wait time). Чтобы ускориться/ускорить выпуск (создание бОльшего количества рабочих продуктов в единицу времени), нужно в первую очередь сокращать wait time, а не touch time. Достигается это за счёт уменьшения количества выполняемых работ и за счёт увеличения количества периодов времени/слотов времени на непрерывную работу. (Вот тут я плоховато понял. Имеется в виду, что если много начатых, но не завершённых задач, то хоть завались работой, а выпуск будет меньше, так как задач тупо много. То есть сокращать WIP отказом брать новые задачи);
- задуматься об изменении методов работы по самым долгим операциям. Это и есть уменьшение touch time/времени касания. Этим нужно заниматься в последнюю очередь, когда разгружен “вход”/уменьшена WIP.
-
А. Левенчук написал комментарий: “В посте хорошо проявляется обычный bias после программ личного развития: на программу рабочего развития заходят с обучением как проектом про себя, любимого. А фокус ведь кардинально меняется: это рабочее развитие, изменение не себя, любимого, а чего-то вовне себя, делание чего-то на работе, развитие – но не себя. Надеюсь, это скоро пройдёт, но лучше это как-то осознавать (у нас это контролируется квалификациями, но в режиме самопрохождения с внешними квалификационными оценками проблемы). Там вот так (результатом не считаются изменение себя или полученные знания): Принципы квалифицирования инженеров-менеджеров – 2025: ailev — ЖЖ. Если хочешь изменить мир, то себя можно менять пару часов в день, а остальное время таки надо менять что-то вокруг – и ещё успевать есть-спать-физкультура.” Действительно, достаточно посмотреть на мой трекер, чтобы увидеть, что я застрял на личном развитии. Это неплохо, но дело в том, что я вступил на дорожку рабочего развития, застряв в личном. На этой дорожке надо фокусировать на личном не более 2-х часов в день, а 5 часов фокусировать на рабочем развитии.
-
Написал заготовку по мантре распожаризации. С помощью комментариев А. Левенчука обратил внимание, что применяю-то её не к рабочим проектам (которые есть, но без пожаров), а к личным, где целевой системой является мастерство. Тяжелее всего даётся для понимания, в общем-то, просто формулируемый пункт 3 мантры, из которого следует, что не нужно брать в работу задачу, работу по которой не собираешься сразу выполнять, и эта задача ляжет в режим ожидания, требуя удерживать на ней внимание (такие задачи надо брать не в работу, а записывать в бэклог, откуда их потом и доставать; роль такого бэклога у меня играет в трекере тег Low priority). Почему-то мне навязчиво хочется удерживать все задачи во внимании, видеть общую картину, даже если работы фактически идут только по половине. Это какой-то когнитивный эффект, который мне мешает. Возможно, мой затык тут связан с попыткой применить мантру не к рабочему проекту, а к личному, в котором нет “пожара”, да ещё и без обратной связи от наставника (я могу делать ошибку, которую не вижу, а указать на неё некому). Ладно, разберёмся дальше. Пока фиксирую странную неудовлетворённость, которую правильнее назвать всё той же “когнитивной жадностью” (желание сделать много чего лично мне интересного или удовлетворяющего мозг, но непонятно как связанного с созданием ценности или изменением мира).
-
Результатом прохождения резидентуры по рабочему развитию является улучшение положения дел в рабочем проекте (а не в себе любимом, которое является результатом личного развития). Если ты стал лучше, оргразвитие себя провёл, а вовне тебя лучше не стало (твои рабочие проекты работают прежними методами, оргразвития там ты не начал), это значит, мастерства рациональной работы нет, это с точки зрения цели рабочего развития провал, незачёт, нужно ещё раз. Но вот интересно: если по результатам личного развития я увидел некое положение дел в рабочем проекте, в котором мне проводить оргразвитие ну совершенно не улыбается, и я из него фактически ушёл, перестал там выполнять точно ненужные мне и не очень нужные в проекте работы, чем высвободил время для инвестирования в повышение жизненного мастерства и параллельно стал искать новый подходящий проект, и нашёл - это как назвать, переходный этап?
-
Комментарий А. Левенчука: “Ну, а если “в Багдаде всё спокойно, нет пожаров на работе”, то это очень хорошо! Но не означает, что эти проекты нельзя как-то ускорить, чтобы перейти к другим проектам. Скажем, Элон Маск рекомендовал побольше выкидывать. И если не приходится что-то из выкинутого возвращать, то он отмечает, что это признак недостаточно агрессивного выкидывания. Это и есть первый шаг мантры элегантности.”
-
Обнаруживаю у себя то, что назвал бы “сильной психологической привязкой к проектам/задачам из прошлого”. Что на самом деле происходит при развитии? Вот до лета 2025 года я выполнял какие-то работы по важным постоянным задачам, которые делаются много лет на уровне привычки (Потапенко, Усанов, чтение книг, рабочий проект Веб3), методы не осознаются, проблемы не ощущается, но всё ровно, завалов/пожаров нету, загрузкой управляю сам. Начинаю изучать системное мышление, иду на саморазвитие, получаю знания, вижу свои реальные методы, формируется понимание проблемы (время уходит не туда, методы не sota, застрял в прошлом, развития нет и так далее). Ок, проблема зафиксирована, неудовлетворённость через эмоцию описана, ЦС/метод выбран, начинаем саморазвитие, изменение себя/режима/методов, добавляются новые проект/задачи/работы по саморазвитию, всё интересно, но старое никуда не делось, а новое прибавилось. Начинаем оптимизацию, приоретизацию. Параллельно в ходе саморазвития обнаруживаем завалы заметок из прошлого, начинаем разбор, пошли черновики и заготовки, клавиатура дымится, мастерство “слепой печати” работает и растёт; из прошлого чтение книг ставится на паузу, курсам Усанова времени меньше, задачи по рабочему проекту отодвигаются, так как в проекте расфокус, потеря интереса к нему). То есть прошлое подвинуто, но не исчезло, новое настоящее получило приоритет, а впереди уже маячит будущее, откуда машет рукой рабочее развитие, и мы к нему готовимся, и даже вырисовывается новый проект-мечта для применения системного мышления. Будущее наступает, 2026 год, что мы имеем: задачи из прошлого прошлого остались, задачи из прошлого настоящего появились и хотелось бы их завершить, потому что они уже правильные плюс эффект Зейгарник, а будущее стало настоящим, появилось в задачах рабочее развитие и экосистема, которые только начаты и ещё не углублены, но умом понимаю, что это приоритет. И психологическая/когнитивная привязка к незавершённому совсем прошлому (праксиология, книги), личному развитию (тут всё ок, завершаем повторно практики саморазвития, чтобы не глодало, и остаётся во внимании только еженедельное стратегирование), и рабочее развитие/экосистема в работе. В принципе, ничего критичного, определяй приоритеты (которые понятны), и вписывай всё, что нужно и что хочется, в бюджет, не забывая про досуг и всё остальное.
-
Освоение мышления и работы по руководствам программы “Рабочее развитие”, принятие их всерьез.