Продолжаю сильно сокращать время для блога – но не убираю его вовсе. Очень полезно хотя бы чуть-чуть удерживать внимание на стремительно улетающих событиях, чтобы у меня самого не было “сжатия контекста”, при котором с трудом удерживается какая-то непрерывность бытия: непрерывность идей, мыслей, настроений, проектов, меня самого. Так что хотя бы по паре строк о самом разном – но надо.
Два дня провёл на десятой юбилейной конференции МИМ (плейлист – https://www.youtube.com/watch?v=1H1O3YhT5vc&list=PLhPRVGfg1aeOmReH-92YI9t84SCma8QZp), там было 19 докладчиков из США, Португалии, ОАЭ, Германии, Израиля, Кипра, России, Беларуси. Они сделали 20 докладов, большинство из них – отличные! Я не помню, чтобы хвалил так много докладов, всё-таки качество наших конференций растёт. На методсовете после конференции мы уже выдали квалификации после этой конференции – большинство подтвердили квалификацию со свежей датой, некоторые продвинулись (у нас новые мастера и практики!), но часть – так и осталась со старой датой, увы, недотянули. Вот мои заметки по некоторым докладам:
– доклад Церена про IWE как один из главных продуктов. У меня тут довольно много разных мыслей, они сводятся к невозможности использовать термин AI где бы то ни было, ибо это как “интернет” во времена интернет-бума и “интернет-компания” (сейчас где они, “интернет-компании”, доткомы? интернет-провайдеры? и даже они как специализированные фирмы – где? вот с AI всё то же самое будет, и очень быстро. Это как “человеческая компания” говорить, намекая, что там внутри люди – главное, а не прикладное дело этой компании – не “нефтянка”, а “AI в нефтянке”, например. Это ж у всех уже есть или завтра будет, не различитель). Второе соображение – IWE, которое я сам и поднял на щит (мои тексты по мышлению письмом и моделированием, я там IWE сначала как IDE не для кодирования поднимал, Мышление кодированием в IDE, мышление письмом в IWE : ailev — ЖЖ] в 2020, а потом докрутил writing до более общего working сначала в lytdybr: ailev — ЖЖ, затем в Рок-н-ролл сдвигается с AI-агентов на универсальные приложения (на примере Codex).: ailev — ЖЖ, 2020), а сегодня вдруг вспомнил свой заход на studio как аналогичное слово – это в 2016 году, “Студии разные нужны, студии разные важны”, Студии разные нужны, студии разные важны: ailev — ЖЖ, и там было 143 комментария, это “вечногорячая” тема. Собственно, Codex App как “приложение для всего” – как раз оно. У нас тут будет гиперконкуренция, так что я бы шёл по другому пути, от назначения. Ближайшее тут, если брать не конкретно “работу” (iWe), а именно развитие, – это же букварь для благородных девиц из “Алмазного века”! Сингулярность на дворе, можно ровно такой сервис делать прямо сейчас, в довольно жёсткой конкуренции. Если перевести Young Lady’s Illustrated Primer из «Алмазного века» на язык рынка 2026 года, рекламный текст звучал бы примерно так: “Букварь – личный AI-наставник, который растёт вместе с ребёнком. Не чат-бот для домашки, не набор упражнений и не просто генератор сказок. Это живая интерактивная книга-планшет с голосом, памятью и собственной педагогической инициативой. Книга-планшет замечает, где ребёнок застрял, меняет темп, подбирает следующую трудность, объясняет мир через сюжет, помнит интересы и ошибки, ведёт ученика годами и постепенно выращивает не только знания, но и самостоятельность, вкус к исследованию и способность думать своей головой. Для ребёнка – личная книга, которая всегда рядом. Для родителей – прозрачный прогресс, настройки безопасности и понятные границы. Для школы – персональная траектория, а не усреднённая программа”. Осталось только добавить, что “если вы уже не ребёнок, то для вас – всё то же самое, но уже за ваши деньги, а не деньги ваших родителей”. Забавно, что подобного сорта стартапов пока нет, есть только отдельные фичи (в том числе обучение через персональные истории, у Стивенсона акцент был как раз на нарративизации – всё через истории). Рынок уже умеет собирать конструктор “Букваря”: reasoning-first tutor + persistent-memory tutor + story engine + avatar/voice companion. Но нет массового сервиса, который публично обещал бы всё это одновременно: многолетнюю память, сквозной curriculum planning, narrative pedagogy, аватар с голосом, а также, главное, – “безопасный контур” для ребёнка. Самый близкий современный аналог был бы гибридом Praktika (https://openai.com/index/praktika/) + Fermi и Alice (https://fermi.ai/, https://www.alice.tech/) + Storywizard (https://www.storywizard.ai/) + MyWonder (безэкранный! https://mywonder.in/), собранным под детские safety-ограничения UNICEF в версии guidance 3.0 (https://www.unicef.org/innocenti/reports/policy-guidance-ai-children). Всё раскидано по разным компаниям и сервисам, и одно из препятствий тут – как раз “безопасный контур”, ибо дети же! У Стивенсона (1995), помнится, были в букваре “неадаптированные братья Гримм”. Прошло тридцать лет – и ведьмы в детских книжках должны какать одуванчиками, иначе их на рынок не пустят. Прайвеси, цензура и всё такое вроде child-centered governance. «Сделать Букварь» сегодня для массового рынка – это уже не только задача на модель и UX, но и задача на очень серьёзную safety-архитектуру. Ну, можно как и с лекарствами – сейчас довольно легко обойти дороговизну клинических испытаний (которые всё равно не получается провести нормально по совокупности причин, читайте книжки Judea Pearl), продавая лекарство в ветеринарных магазинах и пользуясь народной молвой в качестве рекламы. Так и тут: “букварь по личному, рабочему и исследовательскому развитию” – и вперёд (а что можно начинать с дошкольников, так это мелким шрифтом, один из режимов).
- сюда близко доклад Ильшата Габдуллина про нарративизацию (https://www.youtube.com/watch?v=pvFuaXnMnt4&t=4876s), я его понимаю не столько как “метод, которым вы сможете понимать рассказы Левенчука”, сколько ключевое слово метода: нарративизация, то есть превращение “клубка мыслей” в последовательное изложение с удерживанием связей. Метод работает – в чат конференции пришло сообщение (Telegram: View @welcomeSSM): “горячо благодарю организаторов и Ильшата за его доклад. Пока все обедали, я по его промпту разобрал один сложный вебинар, очень помогло “сделать первый шаг”!”. Нарративизация на марше, надо будет вернуться к этому вопросу, я им немного занимался, когда мы спорили по поводу риторики (скажем, ссылки на работы по нарративизации см. в “Обсуждение по схематизации и рендерингу”, 2019 год, Обсуждение по схематизации и рендерингу: ailev — ЖЖ и “Методологические штудии, июль 2021”, Методологические штудии, июль 2021: ailev — ЖЖ, где я эту нарративизацию в связи с curricullum learning и выходом на масштаб побольше называю “куррикулумизацией” – “разница образования и обучения: в обучении нужна нарративизация, последовательное изложение какой-то концептуальной схемы, а в образовании строится более высокоуровневая штука: там куррикулумизация (построение куррикулума, последовательности обучения, более высокоуровневый аналог нарративизации при объяснении. Не нарратив, а куррикулум. Большие понятийные расстояния берутся не нарративизацией объяснений, а образовательными куррикулумами – в образовании кавалерийским наскоком не обойдёшься, а вот в обучении – можно. Образование состоит из многих-многих обучений, причём не прикладных”).
- фундаментальный доклад Виктора Агроскина про 4D экстенсионализм в финансах и экономике (https://www.youtube.com/watch?v=Aj4q0Qe5EU8&t=153s). Деньги – это про сдвиги вероятностей в появлении каких-то возможных будущих, тех самых possible worlds по David Kellogg Lewis. Если у вас есть деньги на счету – вероятность возможного мира с едой и кровом сдвигается, это байесовская апостериорная линия. Мой коммент тут – это была описана информационная (деньги как сигналы, сдвигающие вероятности) статика (относительная, ибо априори-апостериори таки присутствует) и на уровне одного субъекта, а надо идти в причинность (наличие денег не просто меняет ваше знание о будущем, а меняет, что вы можете сделать с будущим) и дальше на более высокие уровни, и там получить динамику: описать хайековский взгляд на рынок и межотраслевые перетоки капитала. Это, конечно, долгая история. Вот тут моё и Виктора интервью Андрею Шуману для журнала Studia Humana (https://bazhum.muzhp.pl/media/texts/studia-humana/2012-numer-2/studia_humana-r2012-t-n2-s87-90.pdf) в 2012 году, и там Виктор говорит “Some day we hope to use .15926 software for conceptual modeling of a general praxeology framework to obtain a model good for theoretical studies and for education. But currently we have no resources for such an endeavor”. Жизнь изменилась, софт .15926 для этого не использовали (и даже “довайбкодить” его уже как-то неинтересно – хотя там много интересного, можно “растащить на цитаты” как минимум). Но вот сам заход 4D экстенсионализма в применении к праксеологии таки был дотащен. Хотя я бы сам тащил не в льюисовские полноценные возможные миры (они тут глубоко избыточны и очень спорны), а в эволюционные пространства NQD OEE (novelty-quality-diversity в open-ended evolution). Эти пространства характеристик я буквально перед конференцией положил на ванчуринскую физику-математику многоуровневой эволюции (писал в lytdybr: ailev — ЖЖ) – и там пространства достижимых состояний и траектории-сценарии в этом пространстве, причём это всё прямо и просто прикручивается к предпринимательству. Так что я бы развивал не прямо-таки льюисовскую метафизику, но эволюционную физику и информационное понимание денег как переносчиков сигналов и каузального ресурса (ибо в конечном итоге в теоретизировании нас волнует причинность). И там ещё интересный ход может быть на упоминаемую Виктором в докладе теорию речевых актов, примерно по той же линии можно строить теорию денежных актов (ход на моделирование всяческих сделок и ценных бумаг), а ещё расщеплять характеристики денег (с простой вероятности наступления определённого будущего на дополнительные характеристики желательности этого будущего разными агентами, устойчивости этого будущего и так далее – у будущих тоже есть свои Парето-фронты, надо научиться работать с недоминируемыми вариантами будущего!). В докладе Виктора было больше про эпистемологию – ожидания, исследования неопределённости, байесовское обновление, даже не про онтологию. Как ход на онтологию – прикручивать ещё надо “одомашнивание каузальности” по Judea Pearl, ход на интервенции: что агент может сделать, а не только узнать. И там как раз бюджетирование, ресурсы и поиск оптимальных траекторий (в FPF этой каузальности в явном виде пока крайне мало, но планируется). И онтологически идти вверх по системным уровням, увеличивать масштаб, выходя на хайековский дальний порядок, каталлактику: распределённые представления о будущем (“нейронный мир”, близко к тем же ванчуринским представлениям, экономический агент как IPU/нейрон, у меня в руководствах такое прописано), координация коллективного мышления и действия, рынок как уторговка планов множества агентов, приведение планов к какой-то совместимости и дальше действия по перетокам капиталов, наблюдаемые уже на более высоком системном уровне. Так мы получаем методологию-праксеологию (я их связь уже описывал в руководстве по методологии), так что я это всенепременно буду развивать.
- доклад Анны Лубенченко (https://www.youtube.com/watch?v=Aj4q0Qe5EU8&t=2398s) хорош тем, что он был про достижимость понимания онтологии операционного менеджмента. Про собственно операционный менеджмент за весь доклад не было ни слова, а полчаса заняло перечисление различных пререквизитов в понимании этой онтологии. Вот всё правда! Какой к чёрту операционный менеджмент, если в голове мутное понимание “операционности” и “менеджмента”, нет отличий описаний от предметов этих описаний, работы от плана, описания метода от метода, нет понимания отличий работы от метода, трудности с пониманием того, что такое “поток” вообще и тем более “поток работ”, нет уверенности при различении вещей и абстракций (особенно когда есть тексты как абстракции, приклеенные к вещам – буковки на бумаге и вся эта семиотика, с ними связанная)?
- семиотический доклад Юрия https://www.youtube.com/watch?v=1H1O3YhT5vc про связь семиотики и архитектуры: путешествие по раскопкам одного зонтичного слова (с делением “наше – не наше”), а затем выход в архитектурную работу (“ваше – не ваше”). И дальше у меня был коммент в личку от одного мастера, что он, оказывается, семиотик: “ровно это всегда и делал, только не знал, как это называется”. Ну, я тоже ровно это всегда и делал (семиотика, затем выход в архитектуру), и даже считал себя время от времени архитектором (плохо понимая, что такое “архитектор” – но звучало хорошо, значит, это я!), но сейчас я себя бы всё-таки считал методологом, которому без семиотики тоже ведь нельзя. Доклад Юрия тоже – частично семиотически-архитектурный, но в том числе и методологический (ибо в конечном итоге он спроектировал и далее как организатор воплотил процесс разработки, а не только разработал архитектуру продукта – но, согласен, это трудно разлепить, ибо закон Конвея и обратный манёвр Конвея заставляют всё это держать вместе). В любом случае, без семиотики – никуда, ибо коллективная коммуникация невниманием к знакам в их связи с языком и прагматикой просто рвётся в клочья, никакого ни коллективного мышления, ни коллективного действия.
- доклады про недоученность в детском саду и обучение детей Дениса Асфандиярова и Лии Султановой по-прежнему больше имели акцент на “как учить” и образовательные формы, но много меньше – на “чему учить”, то есть на конкретное (а не в общих словах вроде “системное мышление”, “первые принципы”, “семиотика”) описание того, чему учить. Да, тут огромные проблемы, ибо в терминах первых принципов “я ковыряю в носу” является типовой ситуацией, можно изучать и физичность мира, и деонтичность (“так делать не нужно, и не спрашивай, почему – палец сломаешь, вот почему”), и язык (“ковыряться в песке, ковыряться в носу, ковыряться в своих мыслях”), и что угодно, но по итогам интересует – что именно? Оно ж обычно очень предметное, и вот эта протяжка абстрактного до предметного и должна изучаться, сама вот эта трансдисциплинарность. Ибо если она не обсуждается, то нет и самой трансдисциплинарности. Так что я пожелал бы докладчикам ещё поработать над различением “чему учим” и “как учим”: в каких ситуациях на что обращаем внимание, что выделяем ребёнку как объект из фона – вот это и есть “чему учим”. Если “машинка упала”, то это не факт, что учим физике, если “вон три воробушка” – не факт, что учим арифметике. Скажем, мы хотим научить ребёнка физическому мышлению. Его суть (это написано в “Интеллект-стеке”!) в том, что мы берём умственные объекты с хорошо понимаемым поведением (например, числа) и моделируем объекты реального мира (например, кубики) этими объектами. После чего считаем, что мысленная операция с этими объектами каким-то образом похожа на операцию с самими объектами, ибо замеры для них ведут себя “по формуле”. Скажем, в математике A+B=B+A для обычной арифметики. Мы берём два яблока и три яблока – и говорим, что всего пять яблок. Потом берём три яблока и два яблока (в другом порядке!) и говорим, что всего пять яблок. При этом мы явно в мышлении физическое яблоко подменяем “счётным объектом” из математики. Вот это и есть физическое мышление. Если оно на месте, то три ракеты плюс шесть ракет – это девять ракет, не надо отдельно учить складывать ракеты, а не яблоки, и в этом фишка. Этому можно учить неосознанно (много разного складывать, менять местами – это “симметрия” из физики, коммутативность, но можно же это даже не упоминать!), а можно – осознанно, чтобы ребёнок понимал, что там вообще происходит. С дошкольниками это делали на примере программирования, и оно работает! Вот мой текст 2016 года, Алгоритмика, информатика, моделирование, далее везде: ailev — ЖЖ про обучение алгоритмике/программированию – и там моделирование в несколько ступеней: робот-уборщик космодрома моделируется: физически “как в театре” (самими детьми), физически механическим роботом-тележкой, информационно компьютерной средой. А сам робот? Он где-то далеко, в космосе, но он есть! И дальше переходим к моделям – и понимание за счёт того, что моделей несколько, они связаны. У группы “Аттик” сейчас программа: школьный ЕГЭ (не ОГЭ) по алгоритмике (маленькая часть информатики) к концу начальной школы (слово и фирму “ИнфоМир” я придумал ещё в 1987 или 1988 году, но всё ещё живо – https://infomir.ru/). От вузовской к школьной, от школьной к дошкольной алгоритмике – ибо стало понятно, что это и как этому учить. Я бы сейчас многое по-другому говорил (скажем, тезис про математику-физику и информатику я в 2016 году понимал неправильно, ибо плохо разобрался тогда с математикой-физикой, в “Интеллект-стеке” я это поправил), но вот сам ход на обучение детей вполне работает – и его можно пытаться повторить уже не для алгоритмики, а для других трансдисциплин: выделить маленькое ядро и предложить набор упражнений. А дальше – конвергенция, общее мышление со всем этим свежеосвоенным трансдисциплинарным знанием. Ну, если не люди, то “букварь для благородных девиц” такое сможет сделать (а через годик-другой это сможет сделать при адекватном финансировании на основании вот этих моих заметок тут в блоге, и в этой шутке только маленькая доля шутки).
- общая тема для нескольких докладов: как влиять, не имея на это должностных полномочий. Это в R10 (системный менеджмент), это вполне осваивается, за это как раз у нас и дают мастера – и это отлично работает и в своей организации, и в организации клиента, и вообще где угодно. Не быстро (нейронные сетки учатся медленно), но неуклонно: вы что-то говорите, а потом оказывается, что уже и все вокруг говорят – мысль стала всем привычной и понятной (метанойя!), источник уже забылся, затем всё быстро воплотилось в жизнь, но вы-то знаете, кто всё это инициировал! “Как управлять миром незаметно от санитаров”.
Сам на этой конференции выступил там с двумя докладами,
- “Развитие для развитых в Мастерской инженеров-менеджеров”, видео – https://www.youtube.com/watch?v=xPZYPFuwoRM&t=2055s, слайды – Авторизация]
- “Планы развития First Principles Framework”, видео – https://www.youtube.com/watch?v=pvFuaXnMnt4, слайды – conference_FPF_ailev_18apr26.pptx — Яндекс Диск
Первый доклад – о разнообразии ситуаций, описываемых слоганом “развитие для развитых”, занимаемся всеми ими:
- Чтобы развиваться и конкурировать в условиях быстрой смены среды, надо развивать способность осваивать новое. Это делаем через акцент на трансдисциплинах/нулевых и первых принципах/мета-мета-модели. В том числе – знания по NQD в OEE также трансдисциплинарны. Это линия теории (сильный интеллект и эволюция). Это идёт красной нитью через все наши руководства, а теперь FPF – отсылка к собственно содержанию идей: теория развития/эволюции и теория интеллекта (в части хода на трансдисциплины как облегчающие работу с новым знанием).
- Open-ended evolution (переход к open-ended development/развитию, развиваем уже и так развитые системы): новый инженерный процесс и идея бесконечного развития как таковая. У меня на эту тему был семинар “Развитие для развитых” и “Ошибка – не вариант!”.
- Развитие уже и так развитых инженеров-менеджеров из «просто инженеров» (ибо они организуют работу агентов и выполняют другие менеджерские задачи). Это наши резидентуры, а также подписка на “Бесконечное развитие” (эту подписку хотят переименовать, говорят, “непонятно, не продаётся”. ОК, дело ведь не в имени – назови хоть “Умная голова”, хоть “SoTA сингулярности”, хоть “Свежий интеллект”).
- Развитие AI-агентов (FPF, SPF, TPF): их тоже надо развивать, чтобы адаптировать к рабочим контекстам! Это линия FPF и генерации SoTA SPF и TPF.
Второй доклад был о планах, в нём очень много картинок, но по большому счёту там нет существенных расхождений с планами из поста Начинаем февраль 2026: громадьё планов по FPF: ailev — ЖЖ (правда, устно я комментировал чуть подробнее и проще, чем делал эти заметки 1 февраля 2026), там всё начинается с семиотики, а заканчивается архитектурой – и выходом на построение SPF (модели предметных областей) и TPF (ситуационные модели). Я намерен придерживаться этого плана, хотя наверняка будут и отклонения.
Первое же отклонение уже случилось: я выпустил пару паттернов для discoverability каких-то сигнатур в целом и паттернов в языке паттернов FPF в частности. A.6.RSIG - Recognition Signatures for Descriptions и E.11: First Practical Entry and Pattern-Use Discoverability Discipline. Получилось не бог весть как хорошо, но лиха беда начало, будем это развивать. Основная идея в том, чтобы у сигнатур (в их самой разной форме: описаний методов, API, problem frame паттернов) при приближении к ним было описание “для чего оно”, а не “что это”. Тонкая разница, да. Конечно, там тысяча нюансов, как и у всего эпистемического-семиотического. Я это воспринимаю как перевод из push-формы в pull: вы имеете множество тоненьких эхо от какого-то описания, они все малопонятны, но намекают, что “вам тут помогут с вашей бедой” (не “кран с водой”, а “дают попить” – ход на affordance, потребность и применимость). Когда вы попадаете по этому довольно слабому сигналу, то вы приходите к развёрнутому описанию, где вам расскажут, что там могут решить, а что не могут – и куда идти, если нужно что-то близкое, но его тут нету. В целом это всё discoverability (“находимость”, чтобы вы могли наткнуться, если ищете), а вот в самой точке – это recognition, чтобы могли распознать и принять решение, нужно ли оно вам, или ошиблись. При этом отдельные усилия предпринимаются, чтобы убрать идеи workflow (в том числе неявные – вроде customer journey, “воронки” или ещё какие-то процессные), потому как главное тут – чтобы была честная возможность распознать возможную пользу, а не заставить думать о том, что польза есть. Когда ты понял, что польза есть, можно уже говорить о каком-то маршруте чтения разных описаний, но это уже будет learning, а маршрут – curriculum. В любом случае это будет pull – я чего-то хочу, нахожу/discover, распознаю/recognize полезность, затем смотрю, что там ещё надо знать (в том числе знать то, что где-то рядом), чтобы воспользоваться. Попробуйте, оно всё уже в FPF, а также по подобным идеям там подхакан ReadMe.md в GitHub – GitHub - ailev/FPF: First Principles Framework (FPF): Operating system for open-ended thought for engieering, research, and mixed human/AI teams: bounded contexts, auditable reasoning, decision records, and multi-view publication. · GitHub.
В этой кампании я тренировал своё лидерство в отношении нежити: сначала получил структурированный список из 103 замечаний по поводу этой пары паттернов, а затем заставил ответить на эти замечания не “в целом” и выборочно, а именно в цикле пройти по всем 103 замечаниям без пропусков. Изо всех подходов сработало создание чеклиста на 103 строчки, явный запрет на batch, диапазоны вроде 002-006 и ещё несколько подобных (чтобы стало понятно, что “только по одному” – ибо нужно было несколько отрицательных примеров, чтобы закрыть лазейку), затем чёткий алгоритм, требующий каждую строчку прочесть, написать мне в рассуждениях, запатчить, отметить в чеклисте после этого. Думаю, что из этого всего сработало только “написать в рассуждениях”. Проход держался до 43 замечания (час ChatGPT-5.4 xhigh в fast режиме!), затем сжатие контекста – и срыв, остаток списка шёл минуты три. Я “вернул на доработку” (ибо в рассуждениях видны номера и можно контролировать, что там происходит), и дальше всё закончилось штатно. Не так чтобы качество паттернов выросло, но всё лучше, чем без этого. Ещё Codex оказался просто клоном Obsidian в части тормознутости: у него тоже Electron для чатов, поэтому при росте чата он начинает тормозить. Единственный способ – это послать чат в архив, сделать новый чат, начинать с чистого листа в чате, а состояние и контекст хранить на диске. Вот бы прикрутить AI-агента к нормальному IDE без Electron, например Sublime Text! Но увы.
Агенты у меня говорят на весьма красочном русско-английском: “Здесь чисто PowerShell-подлянка: literal rn попал в markdown как текст”. Но матом не ругаются, уже хорошо. Основное в изменениях процесса сейчас – это удавливание Conway leak, то есть runtime-designtime языка и референтного индекса – текст для команды разработчиков или для читателя паттерна. В литературе называют это очень по-разному: смесью prompt injection, instruction-priority failure, context contamination, long-context salience bias и weak self-correction, ибо “глаза не видят”. Причина тут – когда один и тот же агент читает документы процесса в количестве, чтобы уяснить правила, а затем правит паттерны. Лечение вроде бы в том, чтобы “хелперизовать” работу с бумажками при ходьбе по процессу: переложить это на софт и типизированные записи, уменьшить число токенов работы с правилами за счёт уменьшения количества токенов как читаемых правил, так и читаемых и записываемых в бумажки процесса токенов. Это всё должен делать тупой софт, а то нейросетка пока это всё читает перед сочинением и правкой паттернов, считает именно это “образцом стиля”. Поэтому у меня опять идёт какое-то активное программирование. Что-то тут глубоко не так, пока думаю над этим. Ещё одно – дробление процесса (как сочинительства, так и проверок) на более мелкие шаги. У меня там уже довольно много шагов hardening (восемь), и они дают примерно 30K знаков на паттерн. А “совсем зрелые” паттерны – это больше 50K, так что я добавил сегодня ещё шагов – определять, “чего в супе не хватает”, и дальше исправлять. Легко заметить в супе лишнего таракана, а вот чего в супе не хватает, чтобы он был вкусным, – это совсем другая задача, надо быть ресторанным критиком, чтобы заметить проблему, и шеф-поваром, чтобы проблему уметь решить. И да, если тянуть размер, то это же AI-агент – он просто наливает воды. Так что тут тоже надо ещё думать.
Все побежали, и я побежал – промпт: “Если бы делать «Букварь для благородных девиц» из «Алмазного века» для развития инженеров-менеджеров, а не детей, то какое было бы его название и как бы выглядела его обложка, если бы её рисовал Альфонс Муха в ярких цветах?”.
