Текст выступления на научно-практической конференции МИМ «Современная системная инженерия и менеджмент» 18 апреля 2026 г.
1. Вступление
Самыми трудными предметными областями для применения приёмов системного мышления всегда оказываются: бухгалтерский учёт, финансы, банковское дело, биржевой трейдинг, блокчейн — то, что принято объединять под именем «экономика и финансы». Не потому, что там сложная математика или запутанная терминология. Потому, что за терминами, которые можно выучить, прячется онтологическая путаница, которую никто не торопится распутывать.
Вы наверняка сталкивались с попытками упростить эти темы: «давайте представим деньги как кучки монет», «акция — это маленький кусочек предприятия». Такие метафоры работают только, пока разговор остаётся поверхностным. Кучку монет нельзя «перевести» мгновенно на другой конец планеты. «Кусочек предприятия» не объясняет, почему компания без единого реального актива стоит миллиарды.
Я попытаюсь провести честное разбирательство — в рамках онтологии 4D экстенсионализма, которая проводит чёткую и принципиальную границу между двумя типами сущностей. Первый тип — материальные объекты: всё то, по чему можно «постучать», что занимает место в пространстве-времени, что подчиняется физическим законам. Второй тип — описания: всё то, что важно нам именно как информация, как содержание, независимо от носителя.
Эта граница — не академический каприз. смешение этих двух типов сущностей порождает большинство недоразумений в разговорах об экономике и финансах. Сегодня мы попробуем понять: что именно описывают финансовые описания? И какое отношение они имеют к возможным, воображаемым мирам — концепции, которая на первый взгляд кажется философской абстракцией, но, как выяснится, является самым практичным инструментом для понимания - как устроены деньги, акции и банковские счета.
2. Реальная экономика: мир вещей
Начнём с твёрдой почвы. Экономика — в самом простом и честном смысле — это про реальный материальный мир, мир вещей.
Что делает материальную вещь предметом экономики? Редкость, невозможность бесконечного копирования, невозможность одновременно использовать её разными агентами. И обыденный здравый смысл, и строгие научные подходы (например, праксеология Мизеса) исходят из фундаментального факта: материальные объекты не берутся из ниоткуда и существуют в ограниченных количествах. Это и превращает их в экономические блага, ресурсы. вопросы об экономическом благосостоянии сводятся к одному: обеспечены ли люди материальными объектами — едой, жильём, одеждой, транспортом, медикаментами, предметами развлечений и роскоши? Конечно же, есть и неэкономические (в этом смысле!) аспекты благосостояния - справедливость, безопасность, свобода. Об онтологическом “заземлении” я ещё сегодня упомяну, и мы убедимся, что и они укоренены в определённых состояниях материального мира (в рамках нашей онтологии, разумеется).
экономика занимается не только настоящим. Пожалуй, даже важнее — будущее, нас очень интересует - как реальные ресурсы будут распределены через год, через десять лет. Будут ли продукты у вас в холодильнике? Будете ли вы ночевать в своём доме или под мостом? Разные варианты будущего каждому желательны по-разному, и эта желательность для каждого ещё и меняется во времени. эти различия в предпочтениях (и разных людей, и одного человека) обеспечивают постоянные экономические изменения.
Есть одно принципиальное обстоятельство: все желательные состояния будущего не могут быть реализованы одновременно. Ресурсы, которые пойдут на строительство заводов в городе X, не пойдут на корабли на верфи Y или на лунные станции. Выбор одного будущего — это всегда отказ от других. Это определяет сложность экономического мышления: нам нужно рассуждать о возможных мирах и оценивать вероятность их реализации.
В предположении материальности экономики (это наша онтологическая предпосылка, а не абсолютная истина!) всё финансовое — деньги на счетах, депозиты, акции в портфелях — интересует нас постольку, поскольку, через какую-то цепочку действий, это конвертируется или может быть конвертировано в материальные блага. Финансовый актив, раз и навсегда утративший эту способность, не стоит ничего. Оговоримся: «раз и навсегда» означает абсолютную уверенность всех без исключения агентов в том, что конвертация невозможна ни сейчас, ни в будущем. Пока хоть кто-то допускает возможность такой конвертации — ценность сохраняется, будет какая-то рыночная цена.
Это соображение указывает нам путь дальнейших рассуждений. Будем искать связи финансовых понятий с реальным (пусть будущим и вероятным) экономическим миром.
Объекты, которые мы привычно относим к «миру финансов», не могут быть поняты без умения «заземляться» — то есть понимания того, что они означают в реальном материальном мире.
Возьмём, например, «инвестиции». В реальном мире — это вполне осязаемые изменения: экономическая наука описывает их как “удлинение и совершенствование производственных цепочек за счёт отказа от текущего потребления”. Инвестор отказывается от дивидендов — то есть от возможности в близком будущем получить реальный дворец или яхту — и направляет ресурсы на приобретение реальных новых станков, чтобы в далёком будущем увеличить производство. Фондовый рынок как явление в мире финансов - связан с возникновением или изменением производственных цепочек в реальности.
Важно понимать, что за каждым финансовым феноменом, который мы хотим онтологически осмыслить (и пока не понимаем, как) - стоит экономический феномен материального мира. (Поэтому если экономические феномены вам непонятны — нужно сначала разобраться с ними, прежде чем погружаться в сложный мир финансов.)
3. О будущем и его описаниях
Текущее состояние мира можно наблюдать. Будущее — можно только предвидеть и предсказывать. Оно принципиально неизвестно до тех пор, пока не наступит. Значит, на практике мы всегда оперируем нашими догадками о будущем.
На этом основана сама идея предпринимательства: предприниматель делает ставку на то, что ресурсы, затраченные сейчас определённым образом, принесут прибыль в будущем. Он может ошибаться — и тогда несёт убытки. Может угадать — и тогда получает вознаграждение за верное предсказание, догадку.
Наши догадки о будущем — это уже описания. Пока будущее не наступило, мы формируем его образы: в уме, на бумаге, в компьютерах. Мы переделываем эти описания, уточняем, поправляем — и проверяем, в тот момент когда будущее наконец становится настоящим.
Описания бывают разных видов. Одни живут в головах: это представления, предпочтения, намерения, пожелания. Другие фиксируются — на бумаге или в электронных системах — и существуют по строгим правилам: кто имеет право их создавать, кто — изменять, при каких условиях. Зафиксированные описания — это, в том числе, права и обязательства. Им я уделю особое внимание.
Что такое описания с точки зрения нашей онтологии 4D экстенсионализма? Это всё равно материальные объекты — у них есть носитель. Мозг, кремниевый чип, бумага, оперативная или постоянная память компьютера. Однако нас в описаниях интересует не носитель, а содержание. Тут есть простой тест: содержание может быть скопировано на другой носитель без каких-либо потерь, и от этого ничего существенного не изменится. Файл с договором можно переписать на другой диск — договор останется тем же. Бэкап банковской базы данных не меняет остатков на счетах. (Копирование без потерь мы не путаем с изменением описаний, про изменение - совсем другой разговор будет).
Вспомним, в чём состоит основная проблема в работе с описаниями. Когда мы научились отличать вещи в реальном мире от описаний, мы требуем, чтобы любое описание было описанием чего-то. И есть не так много вариантов: описание описания или описание материального объекта (или описание их классов, конечно). При этом описания описаний делаются только для того, чтобы где-то в конце такой цепочки описаний добраться до описания материальных объектов, вещей. И для описаний в “мире финансов” главная трудность - это дотянуться по цепочке описаний до реального мира, найти - чего же это описание?
Вот ответ, который предлагается в рамках этого подхода:
Описания возможного будущего, создаваемые по специальным правилам, — это и есть «мир финансов».
4. Будущие миры и вероятности их осуществления
Финансовые описания — это всегда описания будущих вероятных состояний мира. Обратите внимание - именно будущих состояний. Информацию о настоящем моменте актуального реального мира из них тоже можно извлечь. Но эта информация, как ни странно, никого не интересует. Что есть прямо сейчас, то и есть, да и текущий момент немедленно завершится. Прямо сейчас в вашей компании может сидеть полномочный директор, или хозяйничать рейдер. Для вас важно уже будущее, и именно его можно прогнозировать на основе записи в регистре компаний.
Составление и изменение описаний имеют важнейший эффект: они меняют вероятность возникновения тех или иных возможных состояний мира в будущем. Вероятностью я буду называть субъективную оценку агентом шансов на реализацию желательного (или нежелательного) состояния мира в будущем. Это понимание вероятности не имеет отношения к фриквеитистским или байесовским подсчётам вероятности!
Рассмотрим конкретный пример: проект нефтеперерабатывающего завода. Пока он не построен — что такое проектная документация? Это описание фрагмента вероятного будущего мира. По мере того как идёт проектирование, решаются технические проблемы, получаются согласования, заключаются договоры — вероятность того, что мир, в котором этот завод реально существует и работает - растёт. Изменяются другие описания - банковские счета инвесторов и заказчика проекта, пришли инвестиции - Вероятность постройки завода ещё увеличилась. Меняются записи в земельном кадастре — в части участка, отведённого под стройку. Всё это — изменения описаний, каждое из которых сдвигает вероятность в сторону той или иной версии будущего.
Вероятности реализации будущих миров меняются двумя путями. Первый — действия в реальном мире: начало строительства, поставка оборудования, найм рабочих. Второй — изменение описаний: подписание договора, перевод денег, регистрация права собственности. Мы привыкли думать, что на вероятности влияют прогнозы и намерения. Но точно так же на них влияют изменения в таких описаниях, как договора, банковские счета, реестры акционеров, кадастры недвижимости.
Попробуем «заземлить» несколько привычных финансовых понятий.
Что описывает ваш банковский счёт? Множество возможных состояний мира, в которых у вас завтра есть товары, жильё, еда. Если на счёте ноль — вероятнее всего мир, в котором завтра у вас нет хлеба. Изменился счёт в банке, и изменилось ожидаемое состояние мира в будущем, в части наличия или отсутствия хлеба завтра.
Мы не будем говорить, что «счёт описывает деньги на счету» — это тавтология, которая ничего не объясняет. «Банковский счёт» — это название описания, а не название того, что описывается.
Что тогда такое «деньги»? Это многозначное слово, и нужно строго различать его смыслы. «Деньги» — это монеты и купюры, материальные объекты, подчиняющиеся законам физического мира. И одновременно «деньги» — это элемент языка, на котором составляются описания типа «банковский счет». И это совершенно разные сущности «деньги». Связь между ними задаётся отдельным описанием — банковским договором, который определяет, при каких условиях банк выдаёт материальные деньги и одновременно изменяет счёт (описание).
Что описывает пенсионный счёт? Возможный мир через тридцать-сорок лет, в котором у вас есть еда, жильё, медикаменты. Когда это описание изменяется — вероятность возникновения такого мира возрастает.
Что описывает счёт предприятия? Вероятные состояния мира, в которых предприятие сможет приобрести оборудование, сырьё, рабочую силу и выпустить продукцию. А ещё — вероятный мир, в котором описания «счёт предприятия» и «счета акционеров» изменятся вследствие того, что называется выплатой дивидендов, производимой в соответствии с ещё одним описанием — реестром акционеров.
Итак, мы учимся видеть длинные цепочки изменения описаний, и за ними: изменения вероятности реализации разных возможных миров. Непривычно? Безусловно. Но аналоги такому подходу существуют. Возьмём PFD-диаграмму технологических процессов на трубопроводе. Это описание того, как будут взаимодействовать материальные объекты в рамках работы системы в будущем. Если описания режимов в проекте изменятся — реальные материальные потоки в будущем потекут иначе. Финансовые описания работают ровно по той же логике.
5. Права и обязательства
Для дальнейшего развития предлагаемого мной подхода необходимо разобраться с онтологической природой двух ключевых понятий: права и обязательства.
Здесь поможет хорошо знакомый из наших руководств по Моделированию приём моделирования абстрактных понятий (категорий). Абстрактные категории в нашей онтологии — это не принципиально иные сущности, находящиеся вне материального мира. Это просто классы материальных объектов, выделяемых некоторым специальным образом. Для понятий высокой степени абстракции такими объектами как раз и оказываются как раз возможные состояния реального мира.
Справедливость — это не нечто парящее в горних высях. Это просто совокупность всех тех реальных ситуаций, про которые люди говорят*: «это справедливо», «вот и поделом», «так ему и надо»*.
Посмотрим на понятие права. Право — это указание на желательные состояния мира. Обеспеченное кем-то (общественным консенсусом или государством) право — это указание на такие состояния мира, в которых желательное положение дел поддерживается, а если мир вдруг оказывается в нежелательном состоянии — кто-то прилагает усилия для возврата в желательное.
Право на жизнь реализуется в реальном мире тогда, когда вы либо живы, либо, если вас убили, когда убийцу разыскивают всеми средствами правоохранительной системы при поддержке общества. Право собственности реализуется тогда, когда ваше имущество при вас, либо, если оно похищено, когда полиция ведёт расследование.
Описания прав, как правило, составлено кем-то другим (сувереном, парламентом) и включает вас, субъекта прав. Законы и иные нормативные документы — это описания, предметом которых служат именно такие конфигурации реального мира: конкретные (пусть и очень разнообразные) состояния будущего, которые признаются желательными.
Обязательство — это аналогичная конструкция. Это набор возможных ситуаций в будущем, в которых агент, взявший на себя обязательство, описывает свои будущие действия и условия их совершения. Причём описание обязательства, как правило, составляется агентом в отношении самого себя.
Пример: банк изменяет описание «счёт клиента» (выдаёт кредит), и клиент обязуется далее по фиксированной схеме изменять то же описание (выплачивать проценты и возвращать долг), а в случае невыполнения этих действий — не препятствовать изменению описания в кадастре недвижимости (изъятие залога при дефолте).
Составление описания обязательства повышает вероятность содержащихся в этом описании линий развития событий в реальности. Договор двух сторон — это описание их взаимных прав и обязательств: описание возможных ситуаций в будущем и действий в каждой из них. Часть этих действий совершается в реальном мире. Часть — представляет собой изменение других описаний. Но в сфере экономики любую длинную цепочку описаний можно и нужно заземлить в какое-то состояние реального материального мира.
Приведу ещё один конкретный пример заземления. Что такое биржевой стакан? Это описание обязательств участников рынка: каждый из них соглашается на изменение описания «счета в расчётной палате» при совпадении определённых параметров описаний «заявка на покупку» и «заявка на продажу». И ни слова о физических монетах или «кусочках предприятия».
6. Права на изменение описаний и признание описаний
Завершим упоминанием двух тем, которые, скорее всего, потребуют отдельного и подробного рассмотрения, — но обозначить их необходимо уже сейчас.
Первая тема: кто имеет право менять описания?
Для описаний, направленных на изменение ожидаемого будущего, принципиально важно понимать, чьи они — то есть кто уполномочен их изменять. Ведь именно агенты, меняя описания в соответствии со своими представлениями о будущем и своими намерениями, тем самым влияют на вероятности реализации тех или иных будущих миров.
Для банковского счёта принципиально важны два агента: банк и владелец счёта. Каждый из них, в рамках правил, установленных договором, вправе изменить это описание.
Право изменять описание определяется множеством иных описаний — договоров, регламентов, удостоверяющих документов. Но эти цепочки неизбежно сводятся к состояниям реального физического мира. Раньше это была способность поставить подпись — уникальный рисунок, воспроизвести который никто другой не мог. Плюс доступ к уникальному физическому объекту — печати или ключу от сейфа с учетными книгами. Сегодня — это уникальное знание, находящееся в единственной голове: то сочетание нейронов, которое позволяет ввести никому более не известный пароль от учётной системы. Это сочетание нейронов, строго говоря, не является информацией с точки зрения того признака, который мы ввели раньше: мы пока не умеем копировать состояние мозга так же точно, как копируем файлы. Поэтому физическая уникальность пароля (пока он не записан на бумажке!) остаётся якорем, удерживающим цепочку описаний в реальном мире. Тут могу только отослать к своей старой лекции про “Личность в цифровом мире” на Лебедевских чтениях 2018 года (https://vimeo.com/270892282) .
Вторая тема: признание описаний.
Любые описания значимы лишь постольку, поскольку признаются группой агентов. Сложные аспекты признания описаний стали особенно интересны с появлением распределённых реестров — блокчейнов. Помимо арифметической и криптографической целостности, для блокчейна критичен именно консенсус: признание определённой группой участников того, что именно данное описание «верно». Разные группы агентов могут на какое-то время расходиться в признании описания и его дальнейшем использовании (например, на время распространения информации об очередном блоке), а могут разойтись и «навсегда» — как это происходит при форке блокчейна.
Однако признание описаний — не изобретение мира криптовалют. Для банковских счетов и счетов в депозитариях ценных бумаг признание именно этих описаний как оснований для оценок вероятности и реальной деятельности - является фундаментом самой возможности функционирования экономики. здесь мы возвращаемся к теме убеждений и намерений — описаний в головах людей, формирующих их представления о будущем и тем самым влияющих на их решения об изменении описаний.
Повторим, что эти описания отличаются от описаний на внешних носителях. Их формирование и изменение являются предметом других теорий. Например, для дальнейшей формализации по этой линии может оказаться теория речевых актов. Но это уже остаётся за пределами моего доклада.
Заключение
Мы начали с реального мира вещей и ограниченных ресурсов. Перешли к тому, что экономическое действие всегда направлено в будущее — в один из возможных миров. Обнаружили, что финансовые описания — это и есть именно описания вероятных будущих состояний реального мира. Разобрали, что такое права и обязательства с онтологической точки зрения. И поняли, что длинные цепочки изменений описаний всегда можно и нужно заземлять в конкретные состояния материального мира.
Этот подход не упрощает моделирование финансовой сферы, но он делает это моделирование онтологически честным. Вместо метафоры «кусочка завода» мы получаем подход, позволяющий увидеть связь между записью в реестре акционеров и реальным заводом, который через десять лет будет или не будет функционировать. Между цифрой на пенсионном счёте и реальным жильём, которое будет или не будет у вас через тридцать лет.