Практика корпоративных финансов (инвестиции и займы)

Корпоративные финансы/corporate finance — это практика привлечения денег в фирму, в том числе попытки «справедливой» оценки как стоимости денег, так и стоимости фирмы. Для этого рассматривается взаимоувязка различных направлений доходов фирмы и различных направлений расходов фирмы, а также сама фирма в части её уже имеющихся активов. Поэтому формально в корпоративные финансы входят как привлечение капитала, так и его расходование. Но мы будем отделять «управленческий учёт» как учёт для принятия решений операционным менеджментом (практики типа throughput accounting, beyond budgeting) или «операционные финансы» от «корпоративный финансов», связанных больше с разными моментами инкорпорации (то есть образования экономически независимого и прибыльного юридического лица).

Практика корпоративных финансов занята таким вопросом как форма наиболее выгодного для фирмы и её текущих владельцев привлечения капитала (внешние средства, «чужие деньги») в виде сложной смеси займов/кредитов прямых или через облигации, выпуска акций или паёв в собственности (с правом принятия решений или даже без права принятия решений по управлению фирмой пропорционально этим долям собственности или даже непропорционально, например «золотая акция» с каким-то блокирующим всех остальных собственников голосом, но по которой не платятся дивиденды) и поиска самых разных видов финансирования развития компании с учётом стратегических направлений трат.

Мир корпоративных финансов тесно переплетён с миром финансового учёта с одной стороны, финансовых технологий с другой стороны (финансовые крипто-технологии, безбумажные выпуски ценных бумаг, слияния и поглощения с «пустыми» компаниями, которые уже прошли регистрацию на бирже и т.д.), регулирования финансового рынка и рынка ценных бумаг, имеющего существенные особенности госрегулирования в разных странах мира.

Это довольно сложная практика, косвенно её сложность можно оценить по толщине книг, описывающих метаУ-модель корпоративных финансов. Так, один из самых популярных в Европе (помним, что в регулировании финансовых рынков разных стран есть особенности) учебников Pierre Vernimmen, Pascal Quiry, Yann Le Fur, «Corporate Finance: Theory and Practice», шестое издание 2022 содержит 1040 страниц текста альбомного формата, только чуть-чуть не дотягивающего до А4.

Этот огромный объём учебников — обычное дело. Скажем, распространённый вузовский учебник Jonathan Berk, Peter Demarzo «Corporate Finance», 2010 имеет страницы ещё больше по размеру, и там 1001 страница текста.

Основные учебные программы, где учат предмету «корпоративные финансы» — это MBA, и студенты считают, что без помощи преподавателей нормально (профессионально) освоить этот предмет не удастся. Но тут есть небольшой подвох. С одной стороны, корпоративные финансы — это подпрактика бизнеса, который вроде как подпрактика менеджмента (хотя инвесторы и бизнесмены считают по-другому, у них главное отношение не часть-целое в практиках, а отношение найма людей: это вроде как они нанимают менеджеров-организаторов, поэтому менеджмент у них выглядит как подпрактика бизнеса). С другой стороны, Henry Mintzberg говорит, что как раз упор на финансовую аналитику (а корпоративные финансы при ближайшем рассмотрении оказываются главным образом аналитической дисциплиной, нет рассказа «что делать», есть рассказ как оценивать) делает выпускников программ MBA (master of business administration) далёкими от бизнеса, они массово идут работать не первыми лицами (CEO), не организаторами развития (например, CTO или CIO), но финансовыми аналитиками и в случае успеха финансовыми директорами, ибо хорошо освоили как раз финансовую аналитику в рамках курса корпоративных финансов. Помним, что для решений нужен синтез, а анализ подчинён целям синтеза. Курс корпоративных финансов позволит вам не сделать ошибок в оценке, но он не может помочь собственно бизнесу: привлечению инвестиций. Кроме того помним, что кроме чисто финансовых аспектов инвестиций есть аспекты юридические. И, конечно, психологические и социологические, при этом отношение к «капиталистам» и «бизнесменам» в мире везде разное. Это может проявляться со стороны страновой культуры: не забываем о странах социализма, странах госкапитализма, где население не любит «капиталистов», считает их эксплуататорами. Но это отношение может быть разным и со стороны инвесторов. В некоторых культурах акционеры считают, что они свои деньги не отдали фирме, чтобы делить прибыли и убытки, а «заняли в форме акций» (займ обычно не подразумевает возможность принятия решений по управлению фирмой, а акции вроде как подразумевают, поэтому возникает впечатление, что акции это «займ с возможностью управленческого контроля»). Юридически при такой путанице претензий может и не быть, но неформально акционеры могут высказать менеджеру в роли бизнесмена большие претензии, «карточные долги надо платить» — и «принуждение к платежу» будет жёстким, мир денег очень жесток и не вписывается в официальное правоприменение, там могут быть очень неофициальные методы (как, впрочем, в любой деятельности). Этот подход к путанице между акциями и облигациями встречается не везде, но чем ближе к странам проигравшего социализма, тем встречается чаще.

Но зачем вообще берут внешний капитал? Для старта дела: надо купить начальный труд, начальное оборудование, начальные расходные материалы, оплатить начальный маркетинг. Вопрос: а зачем берут инвестиции дальше? Для скорости развития. Различают «органический рост» без взятия денег у инвесторов и инвестиционный/неорганический рост за счёт привлечения инвестиций, а также расходования имеющихся у компании денег не на выращивание собственных подразделений путём организации их из набираемого обычным способом персонала «с улицы» и закупки оборудования у его производителей, но за счёт слияний и поглощений с другими фирмами. Но не может быть никакого «органического роста», пока фирма не начала окупаться. Вот типичная диаграмма, показывающая откуда обычно берутся деньги на новое дело/предприятие/бизнес («приключение», venture, «рисковое вложение»: https://kaylanpepin.com/finacing-tech-with-term-loans/ по презентации ICE Venture Fund | BDC Capital – Venture Capital)

Таких диаграмм много, это типичное представление, вот ещё вариант:

Ключевое на них — это то, что пока фирма не начала зарабатывать деньги, в неё эти деньги надо вкладывать, кто-то (инвестура) должен это рискнуть сделать, а бизнесмен должен объяснить, почему это вложение будет выгодным. Объяснение идёт как по линии визионерства («наш товар точно можно продать дороже, чем мы его сможем произвести»), так и по линии корпоративных финансов («мы берём деньги, которые стоят меньше, чем мы способны заработать»). И, конечно, термин «долина смерти» встречается на всех диаграммах: вложение денег в фирму всегда рисково, и можно эти деньги безвозвратно потерять, если не угадал с концепцией целевой системы и её архитектурой, если не угадал со спросом, если не смог организовать фирму так, чтобы она производила продукт (или оказывала сервис) дешевле, чем она может его продавать в достаточных количествах, или реализуется какой-то страновый риск как форс-мажор (военные разрушения, дефолт, запрет на технологию, санкции).

В фирме хотя бы кто-то (ответственный за это бизнесмен) должен разбираться в корпоративных финансах, если не на уровне владения материалом учебника на 1000 альбомных страниц мелким шрифтом, то хотя бы на уровне поддержания разговора со специалистами в этой области.

*Отрывок из курса “Системный Менеджмент”

2 лайка